18.03.2017. Ролевая начала свою работу.
20.06.2017. Обновляемся! Скоро всё будет готово.
31.03.2017.
Поздравляем с Днём Рождения:
  • Доминикан!
  • Свободны многие должности в игре (проверьте списки).
    9.04.2017.
    ПРОЙДИ ПО ССЫЛКЕ НИЖЕ, ПРИМИ УЧАСТИЕ! НЕ ПОЖАЛЕЕШЬ! (Пояснение внутри)

    Конкурс:
  • Лучшая пара!
  • ЗАСЕДАНИЕ СОВЕТА ИСТЯЗАТЕЛЕЙ
  • Форумная валюта
  • Поиск партнёра по игре
  • Форумный магазин
  • Волки: Скоро Рассвет

    Объявление

    АМС
    Новости
    22.07.2017.
    И да начнется кровавая ночь.. Стартует квест Доживи до рассвета
    16.07.2017.
    На форуме появились некоторые фичи: дайсы, доп.смайлы, вставка музыки и цитирование. Все для вас, дорогие :) АМС не спит, как кажется некоторым, так что и вы просыпайтесь
    13.07.2017.
    Вам кажется, что на форуме слишком тихо? Исправимся! Скоро у Рассвета будет собственное радио, где можно будет передать пламенные приветы соигрокам и подарить им приятности. Ну и конечно у АМС есть еще несколько приятных сюрпризов в рукаве, так что запасаемся терпением и поднимаем активность

    Требуются порченные в Чернолесье, лояльные волки в стаю Порченных. Многие акции актуальны! АКЦИИ
    Рейтинг форумов Forum-top.ru
    КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ СЮЖЕТА

    КВЕСТЫ ДЛЯ ВСЕХ

    СПОСОБНОСТИ ДУХОВ

    НАГРАДЫ

    АКЦИИ

    Горячий Ветер

    Убит вожак стаи - Шалый. На совете был избран новый лидер - Доминикан. Все знают о лояльности вожака к порченным, но к чему это приведет стаю?
    Чернолесье

    На границе убит патруль, состоящий из порченных. Все следы ведут к Порченным. Грядет ли война между стаями?
    Порченные

    Пара волков сбежала из стаи, их убили порченные Чернолесья. Что предпримут альфы и как отнесутся к визиту регента чужой стаи?
    Одиночки

    Об одиночках пока ничего не слышно. Возможно, в скором времени они дадут о себе знать, ну а пока их запахи не тревожат стайных волков.
    Погода: Весна пришла по снежному,
    По влажному ковру,
    Рассыпала подснежники,
    Посеяла траву.
    Время суток: ночь.
    Волки: Скоро Рассвет

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Волки: Скоро Рассвет » Земли Горячего Ветра » Дерево Совета


    Дерево Совета

    Сообщений 1 страница 18 из 18

    1

    http://forumfiles.ru/files/0014/0d/81/14559.png
    Над небольшим взгорьем возвышаются холмы, склоны которых видны отсюда как на ладони. Редколесье у этого взгорья отступает, на нём, говорят, больше века растёт лишь один тёмно-зелёный ветвистый дуб.
    Стая Горячего Ветра облюбовала холм, на котором растёт старое дерево. Волки встречаются здесь, между редких светло-серых валунов, проводя Совет.
    Энергичные волчата свою первую шишку обычно набивают именно здесь: северный пологий склон поодаль от дерева для них кажется скучным, а вот южный — отвесный и каменистый, покоряется с большим воодушевлением. Высотой он всего лишь в длину волчьего тела, и волчата не рискуют расшибиться в лепёшки, но травму при спуске заработает каждый неаккуратный малец. Благо, Древо Совета в десяти метрах от склона, так что родители собираются недалеко. У каждого свои яркие воспоминания об этом месте, поэтому подрастающему поколению играться на южном склоне не запрещают.

    0

    2

    Начало игры


    Твое молчание угнетает меня, дорогая! Неужели ты настолько привыкла молчать в своей холодности, что даже не замечаешь взглядов, обращенных в свою сторону?
    Голос звучит громким набатом, тут же расползающимся по открытому пространству; он даже не думает, отталкиваясь от каменистых поверхностей, превращаться в эхо и повторной волной возвращаться к своему источнику. Да и как себе это можно было представить? Кругом открытый живописный мир, погруженный в абсолютно безобидную на первый взгляд ночную темень. Разве в состоянии столь приветливое место ответить подобной грубостью? Разве может оно позволить себе плюнуть в лицо случайному гостю его же словами? Нет, конечно же.
    Но из-за крайней своей открытости это место спокойно проигнорирует говорящего и даже не заметит своей оплошности.
    А голос даже и не подумает успокоиться после такой несправедливости.
    Опомнись, если ты так и будешь молчать, другие запросто сочтут меня безумцем! Толпе не нужны никакие доказательства!
    На сей раз голос знатно поутих, хотя своеобразная выносливость и стремление к совершенству его обладателя делают свое дело: звучание хоть и убавляет бывалой громкости, но бойкого нрава да самодостаточности слов не теряет.
    Слышится глухой удар — и небольшая галька вперемешку с песком тонкой шипящей струйкой осыпается прямо на землю. Да уж, бравым разведчиком этому зверю, который даже на камень не может запрыгнуть без лишних слов, явно не бывать. Возможно, оно и к лучшему.
    Дай ей один раз ошибиться — и тогда она возомнит себе любую ложь правдой!
    Кашель, прошедший тут же за прозвучавшими в темноте словами, напоминает голосу, что болезненный хрип после таких звенящих высказываний до добра ни за что не доведет.
    Черт бы тебя побрал, дорогая... Я уже говорил, что ты прекрасна?
    Проинсиас тяжело присаживается на валун, куда не так давно его сумели забросить собственные лапы, ощущая в мышцах всю лихость своей прожитой жизни. Не то чтобы именно этот волк ощущал себя стариком, отнюдь, в его жилах еще течет молодая и бойкая кровь, но вот после недавнего инцидента хватку он значительно ослабил, уступив место как молодым, так и парочке старших особей. Что тут поделать — встречи с людьми отбирают значительную часть сил, порой даже несовместимую с жизнью.
    В следующий раз напомни мне охрипнуть чуть позже, — тихий смешок, пробившийся сквозь хрип, выдает в себе скрывающуюся разочарованность. Сиас не из тех, кто будет жалеть себя до последнего. В конечном итоге, разговоры — его непосредственная обязанность, а во что бы то ни стало восстановить голос — прямой долг. По крайней мере так он себе возомнил, встретившись с так называемой «веревкой», благородством людей и пропавшей на время способностью изъясняться. Возможно, просто нужно почаще приходить к древу советов и орать во все горло пафосные речи, обращаясь к луне?

    +1

    3

    ----> Овраг
    Шли оба волка довольно медленно. Одна все дорогу клевала носом, чуть ли не спотыкаясь на каждом шагу и норовя уснуть на ходу. А второй прыгал на трех лапах, периодически цеплялся за сучья и тоже умудрялся обтесать бока о деревья и кусты. Впрочем, Рэд никогда не умел правильно болеть. Всегда любую хворь или рану он переносил на ногах, не желая отлеживаться в норе и принимать какие-нибудь травы. Вот и сейчас, собрав силы и остаток воли в кулак, он двигался прямиком к дереву совета.
    Наконец, вперед замаячил огромный толстый ствол, с голыми могучими ветками. Летом это место особенно прекрасно, ведь собрания проводятся в прохладной тени листвы этого гиганта. А вот зимой и весной он выглядит довольно скучно и даже беспомощно, без шикарной шевелюры из листьев. На небольшом возвышении Рэд заметил фигуру. Потянул воздух и довольно кивнул. Сиас уже был на месте и ожидал остальных членов совета.
    - Хоть он тот еще проныра в своих делах, а все же по натуре молодец,- заметил себе Ржавый и встряхнулся. Он зашевелил ушами, будто бы ловя чей-то голос,- Показалось?
    Приблизившись уже почти вплотную к дереву, он обернулся к целительнице.
    - Ступай вот туда, к стволу и поспи. Это собрание совета стаи, тебе здесь быть не положено, поэтому постарайся не слушать то, что здесь говорят взрослые,- для Рэда было верхом внутреннего истязания - взять с собой на важный совет бывшую одиночку. Шалый должен был принести новости от разговора с Чернолесьем. Эти новости могли оказаться очень важными и секретными. Но волк понимал, что оставить эту белую там, близ оврага или еще лучше - одну отправить в лагерь, было бы глупо и... И, положа лапу на сердце - ему просто этого не хотелось. Отчего то он почувствовал своим долгом привести её обратно в лагерь и это совершенно не было похоже на обычный порыв благодарности за спасение его жизни.
    - Все, хватит о ней думать. Впереди ждут важные дела,- Рэд фыркнул и пошел к товарищу.
    - Мне послышалось или ты с кем-то разговаривал?- обратился он сразу к волку и усмехнулся. Хотелось подойти нормально, попытался наступить на лапу, но вместо этого оскалился от боли и угрюмо прошествовал к своему излюбленному местечку рядом с невысоким, но продолговатым валуном. Устроился удобно близ него и лег, скрывая свою рану от посторонних глаз и вытягивая лапы.
    - Ну, что новенького у тебя сегодня? От Шалого ничего не слышно?

    +2

    4

    ----> Овраг
    Дорога была, такое чувство, что никогда не закончится, но по воспоминаниям, скоро придем. Надо выдержать. Подняв голову пошла поактивнее, но не обгоняя Рэда. Вздохнув, и подняла взгляд к нему, что нас ждет сегодня.  Ничего хорошего ждать нам, похоже, не придется.  Лишь бы не было снегу, так от него уже устала. За время, что мы провели с Реддом вместе, что-то изменилось. Отношение ко мне, хотя общался он со мной еще не хорошо, но что-то точно изменилось. Только пока не понимала, что именно и что этому послужило толчком.  Мне было тревожно за рану Реда, но в таком состоянии уже ничего не смогу сделать путного. Надо было дать организму не много отдыха, а потом уже решать.  Вскоре мы стали подходить к пункту назначения и услышала чью-то речь около дерева.  Я навострила уши и посмотрела туда, стараясь понять кто там о чем-то разговаривает. Он был один. Там был волк и запах был знакомый, я успокоилась и перестала обращать внимания. 
    Когда мы подошли и, выслушав волка. Вздохнув не довольно и посмотрев на Проинсиаса, произнесла:
    - Доброго дня, Проинсиас. -Потом повернувшись к Редду, немного помолчав, произнесла, - Хорошо, спасибо тебе еще раз. Прости, если что.
    Потом повернулась к дереву и медленно направилась к ним. У меня все заклокотало внутри, так как была недовольна словами волка. Больно нужны мне ваши разговоры разные. Не доверяете вы мне. Тогда почему не отослал меня в лагерь!? Р-р-р…  Фыркнув и улегшись удобно, так чтобы не видеть волков и не слышать их. Я не маленькая! Молодая, да, но уже и не маленькая!  Когда же я добьюсь вашего доверия и уважения!? Никогда? Тогда прогоните меня из стаи!… Сильно расстроилась, но не показывала виду об этом. Их не переубедить, но нельзя показать, что я слабая и меня можно задеть за живое.  Положив голову и прикрывшись лапами, чтобы точно ничего не слышать. К удивлению меня не сразу отрубило, наверное, из-за  раздражения и обиды. Поворчав и пофыркав, наконец-то провалилась в сон. Уже ничего не слышала, но у меня было такое чувство, не так долго я просплю, не дадут. Пока же надо пользоваться минуткой.

    Отредактировано Кора (2017-03-30 21:12:51)

    +1

    5

    Пожалуй, за этим недоразумением кроется хитро продуманный план. Прийти заблаговременно на собрание Совета, не предупредив ни единую душу, чтобы вынужденно (или, возможно, спланированно?) выжидать каждого стайного помощника — наедине с собой, своими проблемами и мыслями. Никто ведь в таком случае не побеспокоит.
    Одна дума проносится в голове: хоть и растеряв значительную часть звучания голоса, Сианс удачно заканчивает свой монолог еще до прибытия первых лиц к дереву Совета, чему сам отчасти бесконечно рад. Было бы весьма непривычно ощущать собственной шкурой в момент пропитавшую воздух неловкость сложившейся ситуации, ведь если старший воин не первый день знаком с некоторыми привычками и странностями Проинсиаса, то молодняк уж точно рискует получить некоторый культурный шок. Хотя вроде бы поведение пришедших не вызывает даже незначительного чувства стыда, а значит, беспокоиться не о чем.
    Доброй охоты, мой боевой товарищ и, — тут неожиданно в речь врезается пауза, очевидно, вызванная крайне поверхностным анализом действительности, — его дорогая подруга, — он коротко кивает, даже и не думая куда-либо двигаться с пространства валуна, как и одновременно с тем не желает утомлять явившихся излишней своей вежливостью. Проследив взглядом за бывшей одиночкой, советник задается лишь одним вопросом, который так и не озвучивает даже после того, как в конечном итоге обращается вниманием к Ржавому.
    Было дело, разговаривал. С собой. Даже словоблудцам нужна разминка, — Проинс на удивление честен, подразумевая, что соратник не станет особого акцентировать на этом внимания, потому продолжает практически без какого-либо перерыва:
    Похоже, с охотой я слегка поторопился, — сквозь привычный смешок выдает Проинсиас, поглядывая в сторону шатающейся из стороны в сторону под действием хромоты фигуры. Рэддьюк, видно, не стремился выдать подобный приобретенный дефект, но походка то и дело с каждым последующим движением говорила за себя. — Неудачно сошелся с дичью?
    К слову, голос его все еще звучит натяжно и проблемно, с некоторой хрипотцой и призвуком недавних криков. Проинсиас уничижительно качает головой, наблюдая за тяжело опустившимся на землю телом товарища, и вновь переводит взгляд, показывая тем самым, что он не особо-таки претендует на продолжение темы, если она как-либо неприятна Рэду. На сей раз советник внимательно всматривается в силуэт целительницы, погружаясь в вереницу собственных размышлений касательно данной персоны, и отрывает его от игр разума лишь голос воина.
    К сожалению, — начинает волк, не поворачивая головы в сторону собеседника. — Вестей ровным счетом никаких. Да и откуда бы им взяться, если подумать, — тяжелый вздох, возможно, даст понять, насколько сильно Сиас обеспокоен проблемой переговоров вожаков соседних стай, в которых он как дипломат почему-то не принимает даже малейшего участия. И если в его беспокойстве и были сомнения, достаточно было лишь увидеть печальный отблеск глаз, как только Проинсиас повернулся обратно. — Я собирался пойти на границу сегодня вечером, чтобы поискать следы, но дела в лагере неожиданно переменили все мои планы.

    Отредактировано Проинсиас (2017-04-06 23:00:29)

    +1

    6

    Начало игры

    Харальд медленно передвигался в сторону Древа Совета. По привычке, он все время анализировал обстановку вокруг себя, чтобы знать, какая живность его окружает. И вот, прямо на тропе, трудяги-муравьи пытались нести труп стрекозы. Она была больше их в несколько десятков раз, но они не сдавались и продолжали нести свою добычу. Это напомнило момент с его детства, когда он специально ловил зубами стрекоз и приносил их к муравейнику, чтобы наблюдать, как муравьи пытаются занести их вовнутрь. Было забавно, когда они сначала пытались затащить туда ее полностью, но потом, поняв, что у них ничего не получится, муравьи откусывали ей лапы, крылья и голову, после чего спокойно затаскивали её в свою нору. Мимолетно улыбнувшись, он продолжил свой путь.
    Когда до Древа оставалось около пятидесяти метров, он услышал голоса. Странно. Я думал, что прибуду туда первым... Слишком долго я хожу из-за своей любопытности. - подумал он.
    Прибыв на место, он обнаружил трех волков. Он их видел раньше и знал их должности в стае, но из-за постоянной охоты и обучения других волков, у Харальда не было времени со всеми знакомиться. Он остановился и взглянул на каждого оценивающим взглядом. Один болен и истощен... Вторая тоже истощена... Третий вроде в норме. Первые двое пришли явно не из лагеря, судя по их виду и состоянию. Интересно, что же произошло? - думая об увиденном, Харальд присел. Ему было до жути интересно, что произошло с этими двоими и как дела у Шалого. Но он решил не показывать свой интерес, выжидая момент, чтобы задать интересующие его вопросы.
    - Приветствую всех! Вы сегодня рано. - поздоровался Харальд и  еще раз осмотрел их взглядом, чтобы ничего не упустить. Для него всегда было важно все, что его окружает в реальном времени, вплоть до насекомых. Такой интерес ему привил отец. Может поэтому Харальд является одним из самых лучших, если не самым лучших, охотником в стае?
    - Что с вами двоими произошло? - не выдерживает синеглазый и, всё-таки, спрашивает парочку о случившемся. - И куда это ты один собрался один идти? - продолжил Харальд, услышав реплику Сианса, когда подходил к Древу Совета.

    Отредактировано Харальд (2017-03-30 18:34:23)

    +1

    7

    Начало игры великих флудеров, но плохих постописцев.


    Природа уже полностью отдалась в объятие Весне: всё вокруг расцветало, оживало и стремилось к теплу. Деревья опять приоделись в свои зелёные одеяния, земля усыпалась ковром многочисленных трав и цветов, а в воздухе наконец-то исчез неприятный холодок. Даже ночь перестала пугать своей молчаливостью, ибо вся живность леса не прекращала свою бурную деятельность даже тогда, когда солнце полностью уступало все права луне. И было бы очень странно, если бы во время таких тёплых сумерек обитатели планеты прятались в свои убежища. Да, очень неправильно.
    Ты ловишь себя не только за этими рассуждениями, но и за странным подсчётом синеньких цветочков, которые встречались тебе на пути к Древу Совета. И пришла бы твоя персона раньше всех, но луна отказалась чётко освещать некоторых представителей флоры, и тебе приходилось останавливаться и рассматривать расцветку цветка. И это занятие оказалось тоже долгим, ибо приходилось встать под определённым углом, чтобы точно сказать - это синий цветочек.
    Ты не мог точно сформулировать зачем тебе собирать информацию о количестве именно данного вида растительности по дороге на Совет, но продолжал упорно выискивать нужные расцветки в сгущающихся сумерках. Природа будто пыталась вразумить забывшегося тебя - темнота наступала, цветочки редели, но появлялись палочки. Ты волк простой - закончились цветочки, значит считаем палочки.
    Что?
    Ты резко останавливаешься и тяжело вздыхаешь. Надо же, опять какая-то неведомая сила овладела твоим разумом и поселила странные увлечения в нём. Но цветочков было пятьдесят две штучки - важно это или нет, ты решишь потом, а сейчас нужно ускориться. Не долго думая, ты решил лёгким быстрым шагом дойти до конечной точки маршрута, так как бежать совсем не хотел. Не хватало ещё запыхавшимся явится перед полным составом любимчиков Шалого.
    Потратив ещё немного времени на дорогу, сокращая всеми возможными путями, ты всё же оказался в нужном месте и, как не странно, в нужное время. Самого вожака ещё не наблюдалось, а это хороший плюс в копилку твоей пунктуальности. Раз самого главного нет, то, вопреки всем мнениям, ты ни разу не опоздал. Была бы твоя воля, то и не приходил бы слушать это пустословие.
    По привычке обводишь глазами присутствующих, отмечая нужные моменты, но не обдумывая их. Тяжело анализировать, когда в голове навязчивая идея вернуться назад и пересчитать цветочки, ибо ты уверен, что не ошибся. Нелегка судьба свихнувшихся, однозначно. Но ты себя не винишь в том, что в какой-то момент сломался - тяжело всегда быть готовым. Так что остаётся лишь принять свою чудаковатость, пожаловаться Проинсу на тяжкое бремя великих и покорно ждать прибытия вожака. Который, к твоему удивлению, опаздывает. Такое за ним замечалось только в случае плохих вестей о чей-то смерти.
    - А тебе не кажется, что ты, Харальд, слишком много на себя берёшь?- ты свободно и легко прошествовал к Сиасу, улёгся подле него и внимательно посмотрел на Рэда, который, видимо, не в своём боевом состоянии. Перевёл взгляд на Кору, сложил 2+2 и опять вернулся к созерцанию Хара.
    - Он никогда один не ходит, внимательный ты наш.

    Усмехаешься, еле заметно, и более открыто в тот момент, когда в приветственном жесте утыкаешься носом в плечо друга. Может, чуть дольше положенного сохраняешь такое положение, вздыхая по странному успокаивающий запах Сиаса. Оторвавшись от товарища и потеряв интерес ко всему, ты просто укладываешь голову на лапы, закрывая глаза и принимая свою расслабленную и открытую позу для сна.

    Отредактировано Доминикан (2017-04-01 00:17:28)

    +1

    8

    Ваша очередь

    Акела-Рэд-Кора-Проинсиас-Харальд-Доминикан
    При нежелании просыпаться Кора может пропустить свой ход, т.к. права голоса на собрании все равно не имеет. Если участник пропускает ход - просьба сообщить об этом следующему в очереди.
    Харальд сразу может предложить свою кандидатуру на пост вожака, чтобы не затягивать отыгрыш.

    0

    9

    Волки резво ворвались в территории Древа Совета. Волнующиеся волки так и кружились, посмотрев на каждого участника, на немного затянувшемся Совете. Все, как и подобает ожидали возвращения Шалого вместе с Горячей стаей. Но ...
    Акела выступил в центр поляны, не обращая внимания на дискуссию давно устроившихся волков, и зычно,  громко, пробасил:
    -На наш отряд напали люди. Они застигли нас врасплох. Многие наши братья из стаи пали в бою. В том числе и Шалый. Вожак мертв!
    Прибывшие вместе с Акелой волки, жалобно поскулили, оплакивая, и одновременно подтверждая слова Белого Волка.  Аки взаимно, сочувственно переглянулся с выжившими, после чего начал рассматривать каждого здесь сидячего волка, понимая, что сейчас могут начаться самые разнообразные вопросы, Почему, да Как? Как мог Шалый погибнуть? Но Аки понимал, что произошедшего не воротишь, и нужно срочно выбирать нового вожака, пока еще не случилось чего худого в Стае Горячего Ветра. Конечно же, после такого внезапного объявления, в Поляне на какое-то мгновение наступила гробовая тишина, которая могла вот - вот разорваться гулом всей стаи.
    -Сейчас будет весело...

    0

    10

    Проинсиас был как всегда невозмутим и спокоен. Рэд испытывал приятную тягу в общении в этому волку, ведь тот умел очень четко подмечать, когда разговор можно продолжить "зацепившись языками", а когда лучше отступить и не трогать эту тему. Обращение к Коре заставило Ржавого передернуть плечами.
    - Подруга, пхах. Ишь чего придумал, бродяга,- усмехнулся и пару раз рассеянно лизнул лапу.
    - Да уж, кто кто, а ты то за словом в нору не полезешь,- Рэд добродушно хмыкнул. На самом деле за многие годы бок о бок с Сиасом, они неплохо друг друга узнали. Дипломат был очень словоохотлив и вежлив, когда того требовало дело, однако отойдя от суеты должности, он становился на удивление естественным и даже речь его более не была такой стремительной и раздражающей.
    Акцент на его рану заставил Рэда лишь недовольно поморщиться. Не собирался он вести разговоры об этом. Тем более говорить, что крови он потерял не мало и вообще не годен пока к выполнению своих обязанностей.
    - Вернусь в лагерь и сразу к Вади, пусть латает меня...
    Наконец, шорох шагов, а вскоре и знакомые запахи наполнили местность близ дерева совета. Первым появился синеглазый темношкурый охотник.
    - Как бишь тебя там? Ах да, Харальд...- Рэд смерил ничего не значащим взглядом волка и выдохнул, отвернувшись,- Этот волчишка был раньше одиночкой, в Горячий Ветер вообще попал неизвестно каким образом. Шалый тогда был слишком добр, хотя оно и понятно, мы потеряли много своих, из-за порченных. Нужно было пополнять ряды. Слишком уж он какой-то мечтательный. И ведет себя, как волчонок. Мда...
    - И тебе не хворать,- не совсем дружелюбно откликнулся Рэд на приветствие. Вообще он никогда не был особо любезным и многие уже давно к этому привыкли, совершенно ясно зная, что если Ржавого не трогать, то может и буря минует.
    - А не слишком ли много вопросов?- огрызнулся самец, подняв загривок и сверкнув голубыми со сталью глазами, в упор смотря на охотника и явно давая понять, что лучше бы тому отступить. Наконец, появился и еще один советник. Матерый Доминикан был явно в хорошем расположении духа. Рэд мимолетно кивнул ему, в знак приветствия, едва махнул хвостом и вновь уложил морду на лапы, ожидая самого главного действа этого вечера.
    - Вроде тоже взрослый мужик, а все будто бы цветочки, да бабочки в голове. А еще эти речи, когда изгоняли порченных...
    - Эй, Дом, ходят слушки, что ты опять к своей порченной мамке бегал. Не устал за соски её держаться?- Рэд осклабился. Он был ярым противником абсолютно всех, в чьем теле жило больше одной души. Он ненавидел, презирал и готов был убить каждого из них. А тех, кто их защищал, он ненавидел еще больше. Однако, шуточки над Доминиканом были не новы. Оба волка прекрасно знали позицию друг друга, любили подколоть друг друга и чаще последнее слово оставалось именно за разведчиком, т.к. язык у него был подвешен больше. Ржавому же оставалось лишь бессильно скалиться, после двух-трех едких подколок.
    Внезапно появившаяся небольшая группа волков во главе с молодым воином Акелой, заставили Рэда вскинуться и заткнуться, внимательно осматривая прибывших. Рэд очень хорошо знал белого волка, ведь они состояли на одной службе. Акела был шутником, добряком и где-то даже исключительным лентяем, однако отношения у самцов сложились не плохие, можно даже сказать товарищеские. И вот сейчас, запыхавшийся и взъерошенный, боевой товарищ стоял перед советом, донося до их ушей страшные вести.
    - Не похоже это на шутку, Белый,- Ржавый весь напрягся, приподнимаясь на передних лапах и топорща холку. Куда-то бежать и что-то делать уже не было смысла. Если вожак не "ранен и ему нужна помощь", а уже мертв, то нет никакого смысла бросаться вдогонку.
    - Черт бы тебя побрал, Акела. И почему нельзя было прийти с хорошими новостями,- волк тяжело выдохнул и рухнул на землю, приваливаясь спиной к камню и осматривая всех собравшихся.
    - Капут, товарищи. Сиас, чур стае эту новость рассказываешь ты. Ты у нас болтун от бога,- хмуро и напряженно бросает Рэд и осматривает всех поочередно, ожидая, что кто-нибудь выдвинет дельную мысль.

    +2

    11

    Время шло в привычном своем понимании не слишком быстро, оно текло, разливаясь по залитому холодным лунным светом пространству и совершенно, как обычно это бывает перед очень серьезным и важным делом, никуда не спешило. На секунду Проинсиасу даже показалось, что оно и вовсе посмело остановиться, но слова Рэда, распространившиеся теплом в груди, и раздавшиеся поодаль шаги приближающегося соратника напомнили, что ничего в этой жизни не останавливается и все, как бы мы того ни хотели, стремится к движению.
    Короткий кивок головы выдает в нем толику немого раздражения, которое никоим образом нельзя выдавать на глазах у присутствующих. Как ответственный и пунктуальный профессионал своего труда он отчасти оскорблен пролетевшим вскользь комментарием о довольно-таки раннем приходе в место собраний. О каких временных рамках вообще может идти речь, если главный показатель необходимости визита каждого из находящихся здесь — это твердая уверенность в способностях родной интуиции и чувство того, что Шалый в скором времени должен вернуться с новостями?
    К счастью, от тяготящих голову размышлений Проинса отвлекает последовавший за приветствием вопрос волка, и дипломат отказался бы простым кичливым щенком с необсохшим молоком на губах, если бы не посмел ответить:
    Собрался, Харальд, не слишком правильное слово, чтобы описать мои намерения. Собирался подходит на эту роль во много раз больше, ты так не думаешь? — он в спокойствии переступает с лапы на лапу, не вкладывая в эти движения смысла больше, чем в простое желание сменить положение уставших конечностей и обратиться к случайному собеседнику лицом. — Ведь, как я посмел заявить минутой ранее, дела приобрели несколько иной поворот.
    После всего произнесенного Проинсиас решается навострить уши и вглядеться вдаль, переведя взгляд на уровень мелькающей вдали фигуры Доминикана — того самого, который, подобравшись ближе, смеет первым делом бросить колкость и, чрезмерно долго простояв уткнувшись мордой в чужое плечо, тут же уснуть. Абсолютная правда в том, что внутренне Сиас не против подобного, но присутствие посторонних глаз вполне себе могло вызвать внутреннюю скованность и смутить, но благо, дипломатам чуждо проявление чувств на публике. Помнится, их первым делом лишают данной способности.
    Прекрасное вкрадчивое объяснение, Доминикан, благодарю, — любой другой продолжил бы естественным замечанием и просьбой прекратить разбрасываться остротами во все возможные стороны света, но Проинс как член стаи, проживший много лун в обществе данного экземпляра, уже давно сумел изучить все привычки и повадки разведчика, что лучше уж дать тому уснуть, чем начинать нравоучения для более старшего товарища. Если подумать, их ворчание с Рэдом крайне похоже и неясно отчего между этими двумя проскользнула белка раздора. Хотя про «непонятно» наглая ложь, ведь, как ни странно, в обществе Ржавого дипломат прожил не менее лун.
    Рэддьюк, прошу, прояви уважение к своему усталому телу и побереги силы, — он повернулся к неожиданно оживившемуся воину, отчаянно рвавшемуся на поле брани, но не телесной, а сугубо вербальной. Уши Сиаса прижались к макушке, рот растянулся в улыбке, а весь его вид, как он есть, засветился довольством. — Наиболее приятно наблюдать ваши склоки в период жарких дискуссий, общество советников в моем лице требует мяса и зрелищ в процессе скучных разговоров. Уважьте вашего почитателя.
    Но радостный настрой в момент пропал, когда около векового дуба зашумел неожиданно вернувшийся патруль. Шум поднялся на удивление обширный и в ворохе посторонних тел Проинсиас не сумел найти главного — хоть где-то промелькнувшей радости от принесенных новостей.
    Вперед выступил воин Акела, провозгласивший то, что ни один волк Горячего Ветра не желал услышать еще долгое время, в отличие от враждебно настроенных против стаи сил.
    Наступила тишина.
    Такое обычно случается, когда в один миг происходит что-то серьезное и важное.
    И как и до этого кто-то подал спасительную ветку и произнес то, из-за чего у Сиаса лишний ком застрял в горле.
    Чудно, Акела, мы несомненно рады, что вы сумели вернуться живыми, — прочистив глотку еле слышным кашлем, подхватил дипломат, вставая на все четыре лапы перед присутствующими и совершенно не намереваясь отвечать Рэддьюку, будучи абсолютно согласным с возложенной им своеобразной просьбой. — Попрошу тишины, потому что говорить буду я.
    Можно было заметить, насколько его голос стал тверже и серьезнее по сравнению с тоном, отпущенным им каких-то пару, а может, и десяток минут назад. Весть о кончине вожака без каких-либо иных вариантов ударила по каждому, кто оказался свидетелем данного события, подобным образом эта новость пройдется и по всем тем, кто состоит в стае Горячего Ветра и кто хоть сколько-нибудь считает себя преданным ей. Необходимо сейчас сохранить холодность разума и удержать возможно шаткое спокойствие в еще сохранившейся верхушке совета, потому как ближайшие пару дней, пока будет выбираться кандидатура вожака, все от мала до велика будет смотреть в сторону этого совета, ассоциируя его с последним законным источником власти.
    Во-первых, никакой паники и суеты, — Проинсиас оглядел поляну, стремясь в глядеться в глаза каждого из находившихся здесь, чтобы убедиться в том, что его случают если не все, то многие. — Первым делом необходимо позаботиться о раненных, поэтому,Бога ради,кто-нибудь, приведите Кору в чувства, — он кивнул головой в сторону находившейся поодаль фигуры целительницы, наблюдая, как часть группы воителей постепенно отправляется к ней. — Акела, если помощь тебе может подождать, будь добр найти в себе силы и рассказать нам о произошедшем, если же нет — отправляйся в лагерь к лекарям и жди, пока к тебе придут, — после волк выпрямился во весь рост, тяжело вдохнул прохладный весенний воздух и резко замолчал, прикрыв глаза, словно бы только сейчас позволяя себе осознать, что же произошло.
    Они только что все единым разом понял, что потеряли вожака стаи — волка, который должен был привести их всех к былой славе и уважению. А теперь все это кануло в один момент со словами счастливчика-воина, коему удалось выбраться целым после стычки с людьми.
    Прионсиас наконец-таки открыл глаза, когда молчать уже более не было сил. И проговорил громко, совсем забывая про свою приобретенную недавними потугами хрипоту.
    Кандидатуру нового вожака предлагаю выбрать вечером первого дня. В этих делах спешка неприемлема.
    Правду говорят.
    Все стремится к движению.
    И останавливаться на этом нет смысла.

    +1

    12

    Иногда кажется, что времени подвластно всё: оно разрушает скалы, превращает равнину в лес, управляет воспоминаниями, лечит даже самые тяжёлые физические раны и забирает жизни каждый день. Его сила настолько велика, что зачастую бросает в дрожь от осознания - тебе уже не семь месяцев, а семь лет. Но, если подумать, то какова цена времени? Можешь ли ты об этом судить? Думается, что каждому разрешено иметь своё мнение на этот счёт. Отбрасывая всё напускное величие, остаётся ничтожная и топорная истина; Время - оно не лечит. Обманчиво накрывает рваную и загноившеюся рану покрывалом новых впечатлений, ощущений и жизненного опыта, а потом, когда эта тряпка, прятавшая уродский и открытый порез, зацепившись за что-то, слетает - и свежий воздух попадает, принося с собой новую боль и напоминая о старой. Как бы всем не хотелось, но время - плохой врачеватель. Оно обманчиво успокаивает тебя, накладывая повязку неопытной рукой, заставляя забыть о боли, а потом наносит ещё один удар в то же место. Так и приходится жить, поправляя неправильно наложенные повязки.
    Так что тебе приходиться открыть один глаз и глянуть недовольно на Рэда, который посмел взять шип и насильно пропихнуть его в гноящуюся и кровоточащую рану, игнорируя марлевую повязку и твоё нежелание. Тебе в пору заскулить от безысходности и вполне обоснованной ненависти к состайнику, но приходиться лишь угрюмо ответить:
    - Если у тебя не хватает силы духа помочь невинным, то ты далеко не воин, - опять закрываешь глаза, чуть отворачивая морду по направлению к Сиасу, стараясь сдержать в себе порыв перегрызть глотку состайнику. - Трусливо прятаться и огрызаться на тех, кто нашёл в себе силы сражаться внутри себя, может каждый щенок. Мне жаль, что ты никак не вырастишь, - вздыхаешь, тем самым показывая, что совершенно искренне опечален тем фактом, что Рэд настолько беспросветно туп, насколько и малодушный. - Всё ещё живёшь в детском страхе перед отцом, вымещая своё бессилие на тех, кому глубоко плевать было на ваши семейные неурядицы.
    Считая, что разговор закончен и не требует более твоего присутствия, ты ещё ближе пододвинулся к Сиасу, будто стараясь найти в нём поддержку. Тебе хватает просто того, что Проинс не проигнорировал выпад Рэда. Ты не особо любишь, когда кто-то напоминает тебе о матери, особенно, если это звучит из пасти Ржавого. Часто имеешь честь участвовать с ним в словесных баталиях [где, к слову, с поразительной закономерностью одерживаешь победы], но ты бы с радостью подкинул советнику пару ядовитых ягод, чтобы тот и думать забыл о твоих походах к матери, а наконец-то обратился бы к никчёмному себе.
    Но так делать нельзя. К сожалению.
    Твои далеко нерадостные мысли пришли к своему логическому завершению ровно в тот момент, когда общество советников дополнилось посторонними. Пришлось без явного на то желания открыть глаза и рассмотреть прибывших. Волны волнения отходили от всех, да и видок был явно потрёпанный. Так что вести, скорее всего, далеко не благие. Выслушав Акелу, немного обмозговав его слова, ты внимательно всмотрелся в белоснежного, но не увидел в том не толику намёка на шутку. Тяжёлый вздох - и твоя голова возвращается на лапы, закрываешь глаза. Секунда полного мысленного молчания, может быть, это даже была дань уважения Шалому, что всё-таки вряд ли. Он у власти ничего ровным счётом не сделал, лишь усугубил то, что наворотил его предшественник.
    Ты уже совсем не у дерева совета, так что давно перестал слышать всех, кто там находился. Это сейчас не достойно твоего внимания, нужно отделиться от реальности и немного подумать внутри себя. Вести оказались явственно нехорошими, даже для тебя. Вот угораздило же этого несносного альфу сдохнуть именно сейчас, а годик потерпеть не судьба? Вот совсем не смог бы? И что это за воины, которые не смогли обеспечить сохранность вожака. Поколение трусов, тупых и физически неразвитых волков. Это так гневает тебя, что невольный рык всё-таки вырывается наружу, и ты не знаешь, в какой момент он ворвался в речь Сиаса; остаётся надеяться, что было достаточно тихо.
    Всех хороших воинов или тех, на кого возлагали надежду, изгнали из стаи. Глупый поступок, который повлёк за собой оскудение генофонда Горячего Ветра и рядов достойных воинов. Это уже не исправить, ибо никакой уважающий себя воитель не вернётся туда, откуда его так небрежно выгнали. Не будет служить верой и правдой тем, кто предал его. Ты бы не вернулся, даже более того, пошёл бы против этого никчёмного стада. Что, в принципе, и происходит сейчас. Порченные решили стравить стаи, избавиться от тех, кто без раздумий принял решение. Даже Чернолесье, которое оказалось гуманнее и умнее, тоже страдает от необдуманного шага твоей родной стаи.
    Ты такой же, как и Рэд. Вымещаешь свою злобу, страдая от бессилия, на матери. Приходишь к ней, чтобы поддержать, доказать, что ты достоин её доверия, а в итоге только рычишь и перебиваешь её. Как совладать с собой? Насколько же тяжело порченным? Ты даже с собой разобраться не можешь, не говоря уже с кем-то ещё, кого бы подселили в твоё тело.
    - Сиас, дельные вещи молвишь. Не перестаю удивляться твоему профессионализму, - голос прозвучал как-то слишком отстранёно, ты даже головы не повернул, но глаза всё-таки открыл. Со стороны может показаться, что ты слишком опечален известием о смерти Шалого, но на самом деле это далеко от истины. Просто ты был не готов к таким событиям, а ты не любишь быть в подвешенном состоянии и без плана.

    +1

    13

    Спала ужасно, находилась между реальностью и сном.  Как выспишься, у меня такое бывает. Накручу себя, перенервничаю или еще много факторов. Посудить, если то события были впечатляющие и не удивительно. Сны, как-то не запоминались или был полный бред. Тут я почувствовала, как меня стали будить и я подскочила и стала озираться по сторонам, не понимая, что происходит и вообще, что происходит. Через некоторое успокоилась и все спомнила, просто из еще одного бреда выдернули, и не поняла сразу. Я немного удивила будивших. Потом я поняла, что волки ранены, и сразу поняла, что от меня требуется. Стала осматривать волков на степень угрозы жизни, но отделались порезами и рваными ранами.  Надо бы промыть, но как таковой грязи я не увидела и попросив подождать пошла за травами. Не далеко видела, так что скоро вернувшись принялась обрабатывать раны волков. Тут до моего сонного мозга дошло, что что-то произошло и не хорошее. Стала прислушиваться к разговору и поняла, что Шалый погиб. Я замерла, меня затрясло, и поглотил страх, но поняв, что не время заставила себя успокоиться и продолжить накладывать травы на раны. Первое, это дело, а все остальное потом. Осмотрев еще раз волков, на еще наличий ран, которых, я в первый раз не заметила, но все было чисто и здорово. Я кивнула, что на этом пока все, что потом еще займемся ранами.
    Чего я боялась. Того  что новый вожак, меня мог убить или лучший вариант просто прогнать из стаи. Хотя меня тут, пока никто не любил, но я уже ко всем привязалась. Да, и не знаю, что дальше будет. Самое тяжкое, это неизвестность. Ты не знаешь, что будет, как кто себя поведет в той или иной ситуации. Сейчас же я знала, что у меня мало союзников или даже почти никого не было тут своих, кто за меня заступится. Ред, маловероятно, что за меня заступится. Он похоже меня ненавидит, хотя недавно что-то поменялось, но что я так и не поняла пока.  Больше же не было никого, все меня обходили, как прокажённую. Щенков от меня отводили и рассказывали страшилки. Мне только приходилось терпеть все это и надеяться на лучшее.
    Тут мне пришла идея, и я посмотрела на Доминикана. О нем я знала, что его мать стала порченой. Так как услышала, как таковых пока претендентов не было. К порченым я относилась положительно, мне их было жалко и хотелось найти, то что их излечит. Ведь кто угодно может стать порченным. Вселиться дух может в кого угодно, хотя в кого-то будет тяжелее. Я знала, что мне будет плохо и все меня порвут, но что-то меня толкнуло. Подойдя к собранию поближе и сказала:
    - Извините, пожалуйста. Я понимаю, что влезаю не в свое дело, но если рассмотреть на роль вожака Доминикана. Он хорошая кандидатура. Еще раз извиняюсь.
    Я понимала, что сейчас будет буря, но пока была звенящая тишина.  Затишье перед бурей. Я непроизвольно прижалась к земле и ожидала реакции волков на мои слова. Не знаю, кто меня тянул за язык, но уже произнесены слова, это уже не исправить. Я себя ругала и злилась, что натворила.  Не живется же мне спокойно, надо же найти себе неприятности и влезать в чужие разговоры, которые я не должна даже  слышать была.

    +1

    14

    Рэд не был глупцом, тем паче он не считал себя тупым, однако некоторые заумные и витиеватые речи Проинсиаса заставляли его недовольно хмуриться. Волк несколько стушевался, благо, огрызающийся Доминикан доставил удовольствие, отреагировав на его выпад. Слова его не трогали ничуть. Напротив, этого статного неженку хотелось выводить из себя, хоть и не самыми приятными способами. Возможно, рыжий мог как-нибудь в темную безлунную ночку вцепиться в горло Рэду и сполна отплатить за издевки над собой. Тем больше Ржавому нравилось играть с этим огоньком, выжидая, когда же опасное пламя опалит ему усы.
    - Давай уж, Сиас, поднимай свой пушистый зад и вещай,- волк отвлекся от размышлений о Доме и вытянул лапы вперед, позволяя вновь взгляду блуждать по собравшимся. А дипломат тем временем завел речь. Кто-то из воинов отошел к дереву и разбудил Кору. Спросонья волчица не сразу, кажется, поняла где находится, а затем принялась метаться и осматривать раны.
    - Пф... Посмотрите-ка на неё. Строит из себя пчелку труженицу- волк насмехался, однако все равно взгляда от волчицы, что так легко и юрко сновала меж больными, не отрывал. Его завораживала грация с коей молодая самка легко обрабатывала раны, накладывала примочки и не забывала улыбаться своей невесомой, но теплой улыбкой.
    - И что с этой самкой не так,- в душе волк был раздосадован и понимал, что уж слишком много времени уделяет этой белой.
    - Вот и славненько. Объявишь обо всем стае, может найдутся смельчаки, желающие встать на место Шалого?- горько усмехнулся Ржавый, поднимаясь. Камень, на который он опирался раненым боком, был едва окрашен кровью. Волк хотел было уже обратить внимание на свою рану, но вдруг услышал:
    - Сиас, дельные вещи молвишь. Не перестаю удивляться твоему профессионализму,- слова вызвали кривую усмешку, Рэд обернулся и оскалился.
    - Ты его еще в зад лизни, такой то ты сладенький,- рявкнул насмешливо и встряхнулся. От движения кожа на боках натянулась, рана заныла, но к своему удивлению, волк обнаружил, что уже может становиться на лапу. Отдых и впрямь пошел ему на пользу. Он уже собирался нетвердой и раскачивающейся походкой отправиться вместе с воинами в лагерь, дабы получить квалифицированную помощь, как вдруг слух резанул голос Коры. Возмутило волка, пожалуй, даже не то, что она заговорила, хотя это тоже, а то, что именно она сказала. Голубые глаза льдом ненависти в миг впились в хрупкую и нежную волчицу.
    - Ах ты, маленькая дрянь. Кто вообще тебе дал право голоса?! Чертова одиночка без ума и совести,- из глотки Ржавого вырвался утробный рык. Он не сводя глаз приблизился к самке, нависая над ней и уничтожая одним только взглядом.
    - И кто дал право голоса падали? Я что тебе сказал, когда мы пришли сюда?- эти слова он прошипел сквозь зубы, продолжая смотреть так, будто на месте разделывает её и выдирает сердце,- За мной!
    Сказал, как отрезал, развернулся и пошел прочь от дерева совета. Кинул такой же злой взгляд в сторону Дома, но не в глаза, и не прощаясь удалился.
    ----> Родник целителей

    офф

    У нас по факту очередь уже не важна, поэтому мы свалим с Корой по-быстренькому, лады?)

    Отредактировано Рэд (2017-04-13 14:10:14)

    +1

    15

    Вот ты понимаешь, что окончательно проснулась. Моментально из состояния «еле-еле ногу волочу и глаз продрать не могу, устала и ничего не могу» в состояние бодрое, готовое ко всему. Я конечно ожидала, что-то подобное, но к этому все равно нельзя приготовиться. Я прижалась к земле и прижав уши спрятала морду под лапы и зажмурилась, когда на меня рычали, ругались. Ред, как я и предполагала, был очень зол и не доволен, а когда рычал, то подумала на мгновение, что он меня сейчас порвет в клочья. Потом он развернулся и, приказав мне следовать за ним, но я осталась на месте. Боясь сделать хоть одно движение, которое могло снова привлечь его гнев. Через несколько секунд аккуратно села, осмотрелась и отвернулась. Решила не идти, просто отвернулась от удаляющегося волка, но через несколько секунд поняла, что лучше идти, а то еще потащит. Да и другие волки, не хотелось, чтобы еще кто-то на меня набросился с упреками, Реду позволяла с собой, так поступать, а другим не позволю. Пусть тогда лучше смерть.  Что я за ненормальная?! Он как только не называет и не унижает, а я ему доверяю и  иду, только стоит ему меня позвать… Чекнутая и это диагноз на всегда. Самоубииийцааа…. Вздохнув и как бы делая вид, что делаю одолжения развернулась и пошла за Ржавым.
    --->  Родник Целителей

    0

    16

    Акела хотел было изложить, что да как произошло во время трагичного боя, но тут та уже и понеслась шумиха. С начала сварливый Рэд прервал Кору, которая забила на кандидатуру новым вожаком Доминикана.
    - Доминикана? Стоп! Да... Доминикана... А что... вроде бы неплохо, собственно... А Рэд чего на нее так взъелся?
    Акела заметил, как Рэд перед тем как удалиться с Корой, косо глядел на Доминикана.
    -Ну вот все по кругу! Чувствую опять буду разниться мнения по выбору вожака, и чего им спокойно не сидится?
    Белый Волк устремил взгляд на белоснежное небо:
    - Как красиво...а тучи лениво и меееедленно тянутся по небу, словно лишены всяких забот этого неспокойного мира... что-то я утомился, надо отдохнуть...
    Акела лениво, или как то скорее с имитировал усталость.
    -Ну вот что за шумиху вы тут навели. Нельзя быстро выбрать вожака? Без всяких истерик? Я начинаю сомневаться, что это стая Горячего Ветра, скорее общество женщин, которые решают проблемы, создавая новые...
    Здоровяк вновь сладко улыбнулся.
    - Вы пока решайте, а я пойду прилягу, раз тут такое шумное дело...
    С этими словами, Акела поплелся в свои родные места.

    0

    17

    Премного обязан, Кора, мы непременно прислушаемся к тебе, когда забудем о ранговом положении в стае, — с нотками высокомерного раздражения в голосе протягивает Проинсиас, меняясь в выражении и глядя на посмевшую прервать их далеко не самый простой разговор волчицу не только с высоты собственного роста, но и с вершины всех своих прожитых лет, а они — он в этом уверен как никто другой, — существенный аргумент на пути к грубости. Не хватало еще, чтобы каждый малодушный молодой простачок, сведущий в делах политической направленности так же, как земляная жаба в полетах, поднимал балаган и обеспокоенность в толпе каким-нибудь случайно брошенным неаккуратным словом. Все это чрезмерно сложно, чрезмерно важно и деликатно, потому никто — совершенно никто не должен забывать о выделенном лишь ему месту, аккурат под уровень собственной значимости. И если уж природа обделила тебя обаянием, столь притягательным и необходимым, дабы пробиться к вершинам политической карьеры, то сиди и помалкивай, наблюдая со стороны за старшим поколением и ожидая часа, когда сможешь продемонстрировать собственный талант, чтобы стать сколько-нибудь полезным обществу.
    Сиас нервничает — и это прекрасно всем видно по вздыбленной у загривка шерсти, — но только до того момента, пока на бывшую одиночку не оскаливается старина Рэддьюк, чьи резкие всплески плохого настроения в редкие моменты могли оказаться весьма полезными и необходимыми.
    Счастье вам под лапы, Рэд, — все с тем же нажимом в звучании говорит дипломат, но уже заметно смягчившись после недавнего наплыва сиюминутного негодования. Стоит держать себя под контролем и он столь же сильно ненавистен себе в данную минуту, сколько и благодарен земляку за то, что тот вовремя успел пресечь забывшуюся Кору и его несуразную и совершенно неприемлемую агрессию. Настолько благодарен, что даже не чурается короткого кивка и обеспокоенного тона напоследок. — Но будьте предельно аккуратны, молния в состоянии дважды попасть в одно и то же дерево. Не забывайте оглядываться по сторонам.
    Эти нотации не случайны. Волкам Горячего Ветра ни в коем разе не следует терять бдительность после потери вожака по вине человека, ровным счетом как и не стоит исключать вероятность второго нападения двуногих и новых потерь со стороны стайных. Всегда нужно держать ухо востро — и лучше будет, если Рэд поймет это немедленно, будучи первым, кто покинет место сегодняшнего Совета и уйдет восвояси.
    Проинсиас вздыхает тяжело и устало, словно бы в одно мгновение весь прошлый день упал на его хрупкие потертые временем плечи тяжелым грузом ответственности. Он вновь стремиться поднять взгляд к небу, где по прежнему сияет в вышине луна, но совершенно случайно останавливается на Акеле — волке, который ни за что не должен был оказаться сегодня стоящим подле этого могучего дуба, но который умудрился своим появлением перевернуть все то шаткое спокойствие, что у них было. Треклятый случай переиграл все, что возможно, и это совсем не может радовать. Хочется ответить что-нибудь воину, ведь очевидно, что тот разбирается в своих словах так же, как и ушедшая прочь малышка-целительница, но сил совершенно нет — сознание говорит, что, открой он сейчас рот, наружу вырвется лишь слабый щенячий хрип. Поврежденная глотка снова дает о себе знать не вовремя. Отсюда становится неудивительным, что Сиас первым делом принимается искать поддержку в лице Доминикана. Кажется, они уже слишком сильно привыкли приходить друг другу на помощь в трудную минуту, чтобы уметь отказывать в просьбе.
    Вот мы и остались одни, приятель, — чуть ли не шепчет дипломат, опускаясь на землю, когда большинство стайных по тем или иным причинам покинули место сборов. И кого же винить, что все известные советники вожака предпочли дать деру, только лишь услышав весть о его кончине? — Чувствуешь злую мораль? Нет? — он легко исходит на кашель в попытках вернуть прежний голос, но от этого, кажется, становится только хуже. Нужно уделить много внимания подготовке к тому, чтобы поведать стайным товарищам о гибели Шалого. Но пока Проинс лишь опускает голову да прижимает уши к голове, уходя в глубокие раздумья насчет того, как быть и что теперь делать. — Вот и я тоже.

    +1

    18

    Сегодня ты понял одну маленькую истину - вокруг много хронически несчастных, мучимых одиночеством и страхами. Все имеют свои фобии, каждый хоть раз в жизни пробуждался ото сна в холодном поту, увидев то самое, что наяву бы никогда не хотел встречать. Даже самые грозные злодеи чего-то опасаются и сторонятся; ведь все живые, в каждом течёт кровь, а значит - смертные. Конца боятся все, даже тот, кто скрывается за пафосными речами, пытаясь убедить обычных зевак, что не страшится своей гибели, что все будем в итоге Там. Но ведь лучше дольше просуществовать на этой чёртовой земле.
    Эта простая истина напомнила тебе момент из далёкого и забытого тобой прошлого. Самое начало появления Порченных, как стаи; требования территорий; волнения и ажиотаж разведок; сухие доклады старому вожаку; а потом желание хоть как-то проявиться себя достойным воином. Ты мечтал выслужиться, доказать, что далеко не тот слабак, над которым насмехались сверстники и ненавидел отец. Тогда тебе выпала честь сопровождать с ещё одним матёрым воином дипломата, обязанного мягко донести протест вожака Горячего Ветра о спорных территориях. Тогда даже лес замер, будто предупреждая об опасности, но волки, неся нужную и весомую информацию, очень спешили к месту встречи. Они спешили на свою погибель. Стычка с четырьмя Порченными обернулась смертью твоего боевого товарища, заражением дипломата и твоими смертельными ранами. Как ты выкарабкался, что предпринимал, чтобы остановить подлую засаду, где взял силы, дабы задержать порченных на краю родных территорий... Всё это уже давно забылось, скрылось годами и жизненным опытом. Ты не мог позволить вступить убийцам и предателям на земли Ветра. Движимый именно этими мыслями, сражался из последних сил - вновь и вновь бросаясь в схватку. Каждодневный патруль подоспел вовремя, но на тот момент не спас тебя.
    Ты выжил на одном лишь стремлении вновь увидеть мать. Не изгнанницей, не порченной, не предательницей с изуродованной душой. Подогревал свою жизнь воспоминаниями, создавал свои цели и впервые обретал мечту. Выкарабкивался долгие месяцы, плыл в бреду, не замечая течения времени. Ты выпал из жизни на достаточно времени, чтобы мимоходом услышанная фраза о полной вражде со всеми порченными, ввела тебя в недоумение и заставила наведаться к вожаку. Переставляя лапы из последних сил ты смог добраться до цели, но там не смог высказаться, потому что имел честь стать членом Совета. Слабый, эмоциональной потрясённый и брошенный всеми ты искал поддержку. Так что появление Сиаса сыграло свою роль, и твой ослабший разум принял его слишком близко, чтобы потом отвергнуть. Сейчас же ты не можешь понять, как допускал мысли о гнусном предательстве своего товарища.
    Уродливый шрам на груди привычно заныл, подтверждая каждую картинку, что имела неосторожность всплыть в твоём воспоминании. Рубец часто простреливает твое тело адской фантомной болью, будто возмущаясь на твою политику. Там, глубоко внутри, под замками и печатями погребена память о ненависти к порченным. Мучимый болями, бредом и под успокаивающими травами ты клялся, что убьёшь каждого порченного, что осмелился предать память о родной стае. Эту тайну знает лишь старый лекарь, который давно отошёл от своих дел, но до сих пор косо смотрит на тебя, будто напоминая о данном тобой обещании. И ты не забыл. Никогда бы не смог забыть такое сложное сражение за свою жизнь и давно мёртвых виновников.
    - Кора, хоть и не имела права голоса, - ты внимательно смотришь на подошедшего Сиаса, стараясь унять предательскую дрожь в голосе, которую вызвали воспоминания о давно минувших днях, - Но оказалась смелее многих, высказывая своё мнение. Я такое ценю, - ты немного осуждал своим тоном тех, кто так необоснованно стал огрызаться на волчицу. Хватило бы у этих бравых советчиков нервов, чтобы являясь никем, сказать столь опасные слова? Ты так не думаешь, даже насчёт Сиаса не уверен. - Она напомнила мне себя, когда изгоняли порченных.
    Ты понятия не имеешь, зачем говоришь именно это - ведь Проинс своими вопросами добивался не этого. Опять кладёшь голову на лапы, чуть вытягиваясь на своём месте, и морщась от болей в области шрама. Место совета покинули уже все, а вот вы решили чуть задержаться, чтобы найти поддержку друг в друге. И ты благодарен Сиасу просто за то, что тот рядом.
    - Я буду выдвигать свою кандидатуру на пост вожака, - говоришь это спокойно и уверено, глядя куда-то сквозь деревья, будто пытаясь найти ответы на свои вечные вопросы. Ты боишься того, что не сможешь довести стаю до конца. Не хочешь подводить и понимаешь, что твоя политика неугодна многим. Но кто ты без этого стремления? Именно. Так что остаётся сжать зубы и попытаться заключить перемирие с Порченными. - Сиас, ты будешь рядом?
    Холодный, тяжёлый и сосредоточенный взгляд не сводишь теперь уже с товарища. Он нужен тебе и знает об этом. Причём, в моменты помутнения твоего рассудка его помощь будет неоценимой. Хотя, может друг сам хочет стать вожаком? Что ж, тогда ты уступишь и встанешь подле. Тяжёлый вздох и намёк грусть заволакивает твои глаза.
    - Потому что я буду рядом при любом твоём выборе.
    Для тебя это странно - вновь довериться кому-то, после предательства брата. Теперь придётся опять учиться верить, помогать и слушать чужое мнение. Но ты готов пройти этот путь вновь.

    +2


    Вы здесь » Волки: Скоро Рассвет » Земли Горячего Ветра » Дерево Совета